«Я спал практически на улице, рядом выли бродячие собаки, и тут же творилась история»: дорожные заметки Тимура Камалиева

19.11.2018

Летая первым классом, бронируя апартаменты класса «люкс» и потягивая Пина Коладу на белоснежном шезлонге вы никогда не соберете столько же интересных, экстремальных и веселых случаев, сколько рассказал нам опытный автостопщик из Саратова – Тимур Камалиев. Наш герой уже объездил весь Кавказ, исследовал Турцию и посетил несколько стран Азии, где стал свидетелем попытки вооруженного переворота, ехал в автомобиле вместе с поклонниками террористов и находил в горах Чечни затерявшихся русских. Истории Тимура удивили нас настолько, что мы решили поделиться ими и с нашими читателями.


 

Январь 2015
 

В 11 классе я весело отмечал Новый год у друга в Пензе. Но еще веселее оказалось добираться обратно. Я купил билет «Пенза — Саратов. Остановка: Чунаки» и все думал: «Как классно! Уже завтра я буду в Саратове». Сюрприз оказался в том, что Чунаки – это финальная точка моего маршрута, а не промежуточная станция. Так я оказался в полной глуши на окраине области без денег в кармане. Рядом только СТО и заброшенная будка постовой службы, до населенного поселка Чунаки еще три километра. Что делать? Я достал из портфеля учебник истории, нарисовал на нем большим буквами «САРАТОВ» и стал голосовать. Тогда я не думал о том, что на скорости никто из водителей не прочитает, что написано на книжке. Вскоре я бросил эту идею и просто поднял руку большим пальцем вверх. История закончилась хорошо, через 30-40 минут меня подобрали. Это был мой первый опыт голосования на дороге.
 

 


18.07.2015
 

В Ереване саратовский друг пристроил меня на ночевку в дом молодежи, который находился под покровительством Армянской Революционной Федерации Дашнакцутюн. Это левая националистическая партия, которая принимала участие в борьбе с турками в Османской Империи, а в новейшее время и в Карабахском конфликте. Я жил, по сути, в корпусе националистической партии, члены которой вряд ли питают теплые чувства к тюркам (по крайней мере, к туркам и азербайджанцам). Тем не менее, я подружился с молодым охранником. Весь вечер мы разговаривали о политике. Мой собеседник начал утверждать, что азербайджанцы обезглавливали армян во время апрельских столкновений в Карабахе, потому что они тюрки. На что я задал ему риторический вопрос: «Давид, посмотри на меня: я тюрок, татарин. Думаешь, я бы мог отрезать кому-нибудь голову?». Так рухнул один стереотип в стенах националистической партии.
 

 

16.07.2016
 

В 2016 я приехал в Турцию без интернета и связи. Из окон домов торчали сотни флагов. Национальный праздник? На следующий день в городе Карс я нашел wi-fi и увидел сообщения от друзей и родственников: абсолютно все в панике спрашивали, жив ли я вообще. Оказалось, что в этот момент в Турции начались попытки военного переворота, в крупных городах шла стрельба.

 

Уже вечером я лег спать на веранде одного из летних кафе. После призыва на молитву в громкоговорители начали созывать на митинг в поддержку Эрдогана. Это было нечто! Ощущение, что сотни машин одновременно гудят в клаксоны, а тысячи людей собираются на главной площади. Я немного знаю турецкий язык, поэтому отчасти понимал, что говорили на митинге. Поскольку риторика была, в том числе, антизападная, мне, туристу, появляться среди толпы было небезопасно. Тогда я поймал себя на странной мысли: я сплю практически на улице, рядом воют бродячие собаки, и тут же творится история.

 

05.07.2016
 

Однажды по пути в Турцию решил подняться на одну из гор в Приэльбрусье. Тогда был еще неопытный, даже карту не взял. В итоге попал в тупик, где текла горная река. Чтобы продолжить путь по каньону, нужно было перебраться на другой берег. Неожиданно в мелкой реке я провалился по грудь и намочил все документы, в том числе и загранпаспорт. Пришлось сушить и себя, и все вещи. Выбраться из этого тупика я так и не смог, решил вернуться обратно и перейти реку еще раз. Только теперь я намочил и обувь, не докинув ее до берега, из-за чего пришлось бежать за парой, пока ее не унесло течение. Выйдя из воды, чтобы просушиться, я стоял почти голый в горах, мои вещи были разложены на камнях, а надо мной летали вертолеты. Чувствовал себя, мягко говоря, неловко.
 

 

19.07.2017
 

Летом прошлого года я с братом в очередной раз путешествовал по Турции, и часть нашего маршрута проходила вдоль участка сирийской границы.  Там нас подхватил очень колоритный мужчина в белом одеянии и с бородой. Он спросил, мусульманин ли я. На всякий случай я ответил, что да, но на самом деле ­– атеист. На экране телефона у него была фотография одного из полевых командиров войны в Чечне. Он спросил, узнаю ли я его. Чтобы вдруг не обидеть человека и не ошибиться, я промолчал. Конечно, было не по себе ехать в одной машине с поклонником исламистского террориста, причастного к смерти многих людей. Город, в котором он высадил нас, находился в 18 км от бывших границ Исламского государства, запрещенного на территории РФ. Но уже здесь ты чувствуешь себя в совершенно другой культурной реальности: мужчины ходят в закрытой одежде и платках, а женские вуали закрывают даже глаза.
 

 

28.01.2017
 

В Чечне я пробрался в один из аулов, чтобы посмотреть на старинные сторожевые башни. Там я встретил мужчину из Екатериновского района Саратовской области. Оказалось, что его тетя живет в Саратове недалеко от меня (после я сходил к ней и сообщил о пропавшем племяннике). Он приехал в Чечню много лет назад на заработки: друг рассказал, что в горах на скоте можно хорошо заработать. Ему не платили за выпас животных, но он все равно продолжал работать пастухом, только уже на другого человека. Думаю, что в горах Чечни ему гораздо лучше, чем дома. Здесь почти не пьют, свежий воздух, его обувают, одевают, дают еду и крышу над головой. Я слышал множество историй о таких рабочих, находящихся в рабстве. Но тот был абсолютно свободен. Никто не держал его в кандалах или на мушке винтовки. Он спокойно со мной гулял и мог бы без проблем уйти в райцентр, где его знают немало местных. В этом районе он не один такой: было еще несколько русских пастухов, которые приняли ислам.

 

 

Текст: Мария Сальвассер
Фото: из личного архива героя

Читайте еще: